Учителям и сотрудникам
Опрос
Как Вы относитесь к ЕГЭ?
Всего ответов: 56
Новости образования

История нашего села

Уважаемые посетители! Данная страница является новой для нашего сайта, на ней мы планируем разместить некоторые материалы связанные с историей нашего села, старые фотографии, выдержки из архивных документов и т.д., работы по её наполнению ведутся в данный момент. Надеемся информация расположенная на ней будет Вам интересной.



Астраханские Епархиальные Ведомости. №17 от 1891 года.
(страницы 342 – 352).

Село Кормовое Черноярского уезда.*


Село Кормовое расположено по южному склону высокой и продолговатой возвышенности. Название свое получило от слова «кормить», потому что здесь, лет 50 тому назад, когда еще не было этого села, фурщики, проезжающие из Царицына в Ставрополь и обратно, останавливались кормить своих волов и лошадей; чему много благоприятствовало обилие здесь травы и родников с вкусной водой. Последнее по Царицынско-Ставропольскому тракту составляет не малую редкость, так как к северу от Кормового почти по всему тракту вода солоноватая, а к югу верст на 25, т.е. до границы Ставропольской губернии, совершенно соленая. Вот почему с. Кормовое на калмыцком языке называется «Кицин-Булук», что по переводу одних означает «теплый родник», а других – «сладкий источник». В балке, среди села, и в настоящее время находится много родников, из которых действительно истекает в изобилии вода мягкая, легкая и приятная на вкус: а потому и колодцы роются неглубоко, - не больше сажени и даже меньше.

Жители села Кормового почти все крестьяне малороссы, выходцы из губерний: Воронежской, Харьковской и Екатеринославской. Перешли они сюда на основании инструкции от 10 декабря 1846 года о заселении дорог в калмыцкой степи, чтобы обезопасить проезд от калмыков, занимавшихся грабежами и нападениями на проезжающих с товарами из Царицына в Ставрополь и обратно, а вместе с тем приучить калмыков к оседлой жизни и хлебопашеству. С 1848 года началось водворение крестьян и таким образом образовались небольшие поселки, которые сначала получили название станиц, а с 1862 года, как видно из церковных документов, стали называться селениями. Жители села Кормового занимаются хлебопашеством и скотоводством, чему прежде много благоприятствовали обширные степи. Благодаря привольности степей и плодородной земле, народ жил здесь довольно богато, хотя и сейчас нельзя считать его бедным. В последнее время условия жизни, однако, сильно изменились к худшему, чему способствовало не столько неурожай хлеба, сколько падеж скота, вследствие которого запрещено сообщение на волах с соседними губерниями – Ставропольской и Донской, куда, главным образом, они сбывали избыток хлеба, шерсти и других произведений. По этой же причине совершенно упали прежде процветавшие ярмарки: Крестовская (12 верст от Кормового) и Ремонтинская (38 верст). Других каких-либо занятий здесь нет и не может быть, потому что нет ни рек, ни озер, а следовательно, нет никакой рыбы; нет также и лесов. Лес здесь весьма дорог. Доставляется он исключительно из Царицына за 350 верст, почему дома и вся пристройка делаются из глинобитного кирпича. Достойно замечания: в селе нет ни одного деревянного дома, исключение составляют дома причта, но и то – жалкое исключение. Впрочем, вместо лесу, в горе, недалеко от села, природа в изобилии доставляет дикарь – железняк, который жители ломают и употребляют для фундаментов домов и для изгороди дворов. Кроме того из него выделывают кресты на могилы, камни на мельницы и камни для обмолотки хлеба, а один крестьянин из этого камня построил довольно капитальную мельницу. Вообще говоря, дикарь-железняк в настоящее время употребляется в совершенно необработанном виде, а потому и не приносит жителям надлежащей пользы. На той же горе, в земляных курганах, находили прежде (теперь же нет) высеченных из упомянутого дикаря болванов, в рост человека, со сложенными на груди руками, которые и ставились крестьянами у ворот, вместо столбов. Можно полагать, что эти болваны были памятниками над могилами умерших. В селе много находится таких болванов; у некоторых высечены даже ермолки. Очевидно, они относятся ко времени мамайщины.

Всякого новичка в этой местности поражает глиняная постройка; тоже самое встречаешь и при въезде в с. Кормовое: всюду глина и солома. Счастливое исключение составляет местный храм – во имя святителя Николая Чудотворца. Храм сей величественно выделяется из окружающих его построек. Большой деревянный, окрашенный белою краскою, с железною крышею, окрашенною зеленою краскою, и пятью вызолоченными крестами, он ясно свидетельствует о набожности прихожан, в чем еще более убеждаешься по входе во внутреннюю часть храма. Местные иконы Спасителя и Божией Матери, прекрасной живописи, служат украшением иконостаса, в котором иконы первого яруса выписаны из Москвы, весьма хорошей работы на золотом фоне. Все стены храма расписаны живописью. Церковная утварь и священнические облачения вполне соответствуют своему высокому назначению. Потир, стоящий 490 рублей, массивный сам по себе, украшенный живописными изображениями на серебряных пластинках, составляет редкость храма. В настоящем своем виде храм существует только с 1877 года, до этого же времени был небольшой деревянный, крытый тесом. Народ к храму Божиему действительно весьма усерден**; в воскресные и праздничные дни ходят в храм неопустительно: к церковным поучениям относятся со вниманием. Нет, поэтому, в нем никаких выдающихся пороков, например, разгульного пьянства, буйства, безчинного препровождения времени на рождественских и пасхальных святках и на масленицу. Не замечается также среди прихожан никаких предрассудков и суеверий. Единственное, что может обратить на себя внимание постороннего наблюдателя, это свадебные гуляния, обставленные как-то фантастически, а потому об этом считаем не безынтересным сказать здесь более подробно.
Из церкви, по совершению брака, жених и невеста идут в дом родителей жениха, где закусывают, чем Бог послал. После чего молодая уходит к своим родителям и живет у них иногда больше месяца, словом, до того времени, когда сваты найдут возможным приступить к свадьбе. Под именем свадьбы разумеется гулянье, в котором главным образом фигурируют жених и невеста, под именем князя и княгини. Все гуляние сводится к пению песен и катанью на лошадях. Мужчины, преимущественно молодые мужики и парни, под именем бояр, ездят верхами; среди них находится и жених; а женщины – свахи – в телегах; причем у одной свахи в руке находится букет цветов и в середине его горящая свеча, а у другой – мешок с шишками***. Такое катанье называется поездом. Поезд иногда начинается тотчас после обеда и продолжается до вечера. Невеста же в это время, наряженная в тот костюм, в котором венчалась, ходит со своими подругами по селу и созывает гостей. Особенность убранства невесты следующая: волосы заплетены в косу и спущены, голова бывает разукрашена цветами, а платье или пальто подпоясано полотенцем со спущенными концами. Созывая гостей, у родственников невеста просит благословения, при чем три раза кланяется в землю. За благословением же приходит невеста и к священнику, что для последнего представляет один из самых удобных случаев сделать соответствующее наставление. Не забываются при этом и умершие родственники: невеста посещает и кладбище и кланяется на могилах умерших. Вечером она приходит домой, где уже собралось много народу и садится за стол со своими подругами. На столе в это время находится большая шишка, в которую вставляются три тоненькие палочки, вышиною с аршин, украшенные цветами и перевязанные красной лентой. Тотчас за невестой боярин приводит жениха и три раза просит позволения войти в дом молодому князю, а затем три раза просит позволения завести за стол молодого князя. По троекратном согласии молодой идет за стол, но здесь его не пускают маленькие дети – братья невесты, вооруженные связками из васильков; волей – неволей жениху приходится подкупать стражу конфетами, орехами, пряниками и деньгами, после чего жених садится рядом с невестой, а рядом – свахи с букетом (из цветов) и шишками. После этого сначала отец, а потом мать подносит молодым, свахам, боярам и родственникам по стакану вина, при сем жених и невеста стоят и кланяются выпивающему, а затем следует раздача подарков и раздача шишек; последние даются всем присутствующим.

Когда все это кончится, свахи приступают к надеванию шлычки (чепца) на невесту. Предварительно свахи становятся по обе стороны невесты, у одной на голове картуз жениха, а у другой цветок с головы невесты, и колышут над невестой платок и поют:

Покрывалка плаче,
Покрываться хоче,
Не так покрываться,
Как поцеловаться.

Целуются и меняются картузом и цветком. И так три раза. Затем одна из свах три раза обводит кругом головы невесты букетом цветов и тушит свечку, а девки снимают с невесты цветы и делят между собою. Далее сваха развязывает косу, которую дружки завязывают как можно крепче и нарочно натирают перцем, предугадывая, что свахе при развязывании придется употреблять в дело зубы. Развязав косу и заплетая ее на две половины, сваха старается надеть шлычку, невеста изо всех сил сопротивляется, вырывает шлычку и бросает в народ. Много стоит хлопот свах надеть шлычку и подвязать платок. Как только она достигнет этого, девки сейчас же ломают убранство с шишки, которая стояла на столе, а невеста берет бутылочку и подносит жениху, свахам и родственникам, а потом опять жениху и разбивает об стол рюмку. После этого молодые получают благословение от родителей невесты и идут в дом жениха. По выходе из дому молодые и свахи три раза обходят кругом стола и в припляс поют:

Старый оселедцэ (*селедка)
Не стоишь и редьки,
Ни старой, ни малой,
Ни молодэнькой.
Ни успыв жыныться
Стала жинка быться.

После этой песни невеста садится в телегу, а жених с плетью в руке три раза обходит кругом телеги и бьет плетью по телеге, выражая тем свою власть над невестой. Затем уезжают.

Этот обычай, в котором проглядывает несколько суеверных обрядов, прежде был весьма распространенным в народе, в последнее же время, благодаря современным внушениям пастырей церкви, стал выводиться, и можно думать, что недалеко то время, когда он совершенно уничтожится, особенно когда на помощь пастырям явится образование, которого, к сожалению, до настоящего времени жители были почти совершенно лишены. Правда, в 1877 году здесь была открыта церковно-приходская школа, но ее скромное существование не могло принести тех плодов, каких должнол ожидать от школ, тем более, что при ней не было ни приличного помещения, ни учителя, как отдельного лица, ни пособий. В последнее время этот пробел существенно пополнился. С 1886 года, со времени назначения диаконов – учителей, церковно-приходская школа стала на твердую почву; кроме того, с 1889 года открыта здесь и Министерская школа, довольно прилично обставленная, с учителем из учительской семинарии, и в нынешнем 1891 году положено начало выпускных экзаменов.
Вместе с прихожанами по украшению храма не мало потрудились и его служители священники; из них некоторым были объявляемы благодарности и награды Епархиального начальства; а потому скажем о них несколько слов.

Первые два священника о. Андрей Касаткин и о. Антоний Ташлинцев только временно заведывали приходом с 1 мая 1858 года по 19 сентября того же года, а потому об них сведений никаких не имеется. Известно только, что о. Касаткин заведывал Приютинским приходом, отстоящим от села Кормового на 18 верст, а о. Ташлинцев жил в селе Дивном (ныне Гарадачи Ставропольской губернии****), в 40 верстах от Кормового. Оба – старцы, были заштатные. Первым штатным священником был о. Михаил Иванов Кутлинский, который по окончании курса наук а А(страханской). Д(уховной). семинарии в 1856 году с свидетельством 2 разряда 31 декабря того же года Епархиальным начальством определен был учителем в Пришибинское сельское училище Царевского уезда, где и состоял до 1 мая 1858 года, а 22 июля рукоположен Высокопреосвященнейшим Афанасием во священника к молитвенному дому села Кормового, откуда в 1869 году переведен в село Вязовку Черноярского уезда.

В заключение скажем несколько слов о климатических условиях здешней местности. Климат умеренный, здоровый. Никаких повальных болезней здесь нет и не было. Единственное, что наводит робость на новичка, это иногда проявляющаяся здесь сибирская язва на людях. Поражение ее ужасное. Даже глазам не веришь иногда, погребая человека, дня два – три тому назад здоровью которого дивился всякий. Но благодарение Богу, такие печальные случаи, хотя и бывают, но редко. Народ научился ее вырезывать (*так в тексте – прим.мое) и выжигать, что и помогает, если боль бывает замечена своевременно. При других болезнях, обыкновенно, не прибегают ни к каким средствам и врачевствам (* так в тексте – прим. мое); все возлагается на врача душ и телес – Бога.

Священник В. КРЯЖИМСКИЙ. 1891 год.

*) сведения заимствованы из церковной летописи, составленной в 1877 году, и других церковных документов.
**) эта черта прихожан была замечена и высшею Епархиальною властию. В 1877 г. Преосвященный Хрисанф, обозревая епархию, посетил и село Кормовое и выразил свою благодарность обществу за усердие к храму, который в то время только что был окончен.
***) под «шишками» разумеются небольшие круглые булки, украшенные небольшими конусообразными налепками из теста.
****) Гарадачи вновь были переименованы в село Дивное, ныне это районный центр Апанасенковского района Ставропольского края (прим.мое).

Редактирование текста и пояснения Чернухин Николай Иванович


ссылка на оригинал

Для того чтобы увеличить фотографию нажмите на неё
Именная ведомость о домоустройстве поселенцев в станицах Кормовской волости
(Черноярский уезд Астраханской губернии. 18 января 1856 года)
Национальный архив Республики Калмыкия - Хальмг Тангч
(Фонд И - 15, опись 2, дело 154, листы 10 - 18.)
Примечание: далее следуют графы:
- № по порядку;
- название станиц со списками поселенцев по именам и фамилиям, у некоторых указаны и отчества (с указанием: а) причисленные, б) непричисленные);
- число душ: мужских, женских;
- домоустройство: деревянных домов, из земляного кирпича, кухонь, амбаров, мельниц, маслобоен, кузниц, кожевенных заводов;
- кто и сколько получил пособия: с возвратом (руб., коп.), без возврата (руб., коп.).
(твердые знаки в конце некоторых имен и фамилий указывать не буду)

Черноярского округа Кормовской волости по станицам:
Кормовой
(список имеется частично)
а) причисленные
1. Никита Харченко: 5,4,0,1,0,1,1,0,0,0,0,0.
2. Павел Рожков: 4,5,0,2,1,1,0,0,0,0,0,0.
3.(имя, фамилия не читаются).
4. Осип Мотица: 3,4,0,1,1,1,0,0,0,0,0,0.
5. Василий Квач: 4,2,0( затем приписано "1"),1,1,0,0,0,0,0,0,0.
6. Прокофий Бардак: 2,4,0,1,0,0,0,0,0,0,0,0.
7. Моисей Пасько: 5,1,0(затем приписано "1"),1,1,1,0,0,0,0,0, 35руб.00коп.
8. Андрей Дейнека: 3,3,0,1,1,0,0,0,0,0,0,0.
9. Зиновей (так в тексте) Кормилец: 4,4,0,1,1,0,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
10. Антон Коновалов: 7,3,0,1,1,1,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
11. Козьма Прикоротов: 4,4,0,1,1,1,0,0,0,0,0,0.
с 12 по 57 номера данных у меня нет.
(далее неизвестно - причисленные или нет):
58. Данила Чернявский: 2,2,0,1,0,0,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
59. Тихон Сербин: 4,5,0,2,0,0,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
60. Александр Никитенко: 4,4,0,1,1,1,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
61. Свирид Дармин: 5,3,0,1,0,1,0,0,0,0,0,0.
62. Лаврентий Никитенко: 6,5,0,1,0,1,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
63. Дмитрий Цыбуля: 8,4,0,2,0,2,0,0,0,0,0 35 руб. 00 коп.
64. Ефим Дармин: 3,3,0,1,1,1,0,0,0,0,0,0.
65. (имя не читается) Бережной: 7,6,0,2,0,0,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
66. Кондрат Чмирев: 2,2,0,1,1,0,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
67. Яков Дармин: 5,3,0,1,0,1,0,0,0,0,0,0.
68. Павел Дудник(конец фамилии после "к" не читается - толи там "ъ", толи другая буква): 2,2,0,1,0,0,0,0,0,0,0, 35 руб. 00 коп.
Итого по станице: 972, 935, 0, 78, 45, 95, 4, 0, 0, 0, 0, 1260 руб. 00 коп.


Информация предоставлена Чернухиным Николаем Ивановичем

Карта Астраханской губернии 1871 год.





нажмите чтобы увеличить
В разработке
В разработке
Вход
Логин:
Пароль:
Поиск по сайту

Случайное фото
Официальный интернет-портал правовой информации
Официальный туристский портал
Ростовской области
Погода
Интерактивная карта района
Облако тегов

МБОУ Кормовская средняя общеобразовательная школа © 2007-2015